+ приход Воскресения Христова + село Карабаново - Прот. Г.Эдельштейн. Довольно о содомитах, давайте о Церкви
Выделенная опечатка:
Сообщить Отмена
Закрыть
Наверх

Прот. Г.Эдельштейн. Довольно о содомитах, давайте о Церкви

 

Существуют два основных типа мышления и познания мира, два типа культуры. Первый тип построен на многократном прочтении одного текста; второй – на однократном прочтении возможно большего количества разных текстов. Этот принцип познания кажется мне универсальным, хотя в чистом виде он не встречается.

 

Яркий образец первого типа – религия. Под этим термином я всегда понимаю только христианство, иудаизм и ислам – «учения Книги». «Ребёнка необходимо обучать эллинской премудрости, но обучать лишь тогда, когда нет ни дня, ни ночи, ибо сказано в Законе: «Изучай его днём и ночью».» Этот же тип культуры предполагает строгую моногамию: «И будут два – одна плоть».

 

Полагаю, что сравнивать с христианством буддизм – одно из этических учений – или «язычество» в том варианте, как его исповедуют А.Гитлер и А.Невзоров, логически недопустимо: у них нет основания для сравнения. Нельзя, по слову Н.С. Трубецкого, сравнивать чернильницу и свободу воли.

 

Примерами второго типа, думаю, могут служить спортивные соревнования, повествования о Нате Пинкертоне, все (или почти все, не читал ни одного) нынешние детективы. Сюда бы я отнёс и 99 % всего, что появляется в Интернете. Серьёзная полемика в Интернете невозможна. Некто увидит нечто, толком не прочтёт, понимать не обязательно, и вдруг завопит на весь мир: «Ты сам дурак! Тебя за срамное место повесить следует!» Очень желательно через час повторить погромче, если глотка позволит и, непременно, оскорбительнее – Интернет хамство не лимитирует. Оппонент молчит. Ура! Победихом, препрехом! И, как писал автор «Краткого курса истории ВКП(б)», «перейдёт к текущим делам». А люди в Твери, Анапе и Магадане разинут рты: «Во даёт!» Думаю, не одна дюжина соотечественников разинула, прочитав беседу А.Солдатова с А.Невзоровым на портале Кредо.

 

Учитывая сказанное, подумаем о нескольких репликах (безразлично pro или contra), появившихся в ЖЖ и на форуме Кредо после опубликования 29 августа заметки «Вдруг из подворотни – великан». (На портале Кредо заглавие почему-то опущено).

 

 

1. Покорнейше прошу всех православных людей постоянно помнить, что в Церкви нет и принципиально быть не может ни рядовых, ни капралов, ни генералов, ни генералиссимусов. И безгрешных – нет, и непреложных авторитетов – нет. Она не ведает антиномии «Сталин – прочие», хотя всё Её учение антиномично.

 

Только человек, не желающий читать Евангелие, глядит на епископа Москвы (он на голове носит куколь, именуется Святейшим Патриархом), епископа Петербурга (он носит белый клобук, именуется Высокопреосвященнейшим митрополитом) и епископа Тьмутаракани (на нём чёрный клобук, без бриллиантового крестика, он – Преосвященный) глядит, повторю, на любого из них снизу вверх. Этим он унижает и себя, и епископа, отказывается видеть в епископе преемника Святых Апостолов.

 

Начальства, в том смысле, как оно существует в государстве и в политической партии, в Церкви нет, и по определению быть не может. Единородный Сын Божий запретил кому-либо быть в Его Церкви начальником. Церковь не может уподобляться ни государству, ни политической партии, ни исправдому – там есть начальники, там перед ними стоят навытяжку, там и только там приказ начальника – закон для подчинённого. Церкви принципиально чужда идея «властвования»: «Иисус же, подозвав их сказал: вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; Но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом».(Мф. 20, 25-27)

 

По мысли И.С. Аксакова и других славянофилов, начальствование, власть искажает самое существо Церкви, они вносят элемент внешней силы туда, где всё должно истекать из внутреннего свободного убеждения, из взаимной любви.

 

Это очень важная тема, её необходимо обсудить отдельно, памятуя, что любое служение в Церкви – добровольно принятый и добровольно несомый крест. (Мф. 16, 24) В этом – одно из кардинальных отличий Церкви от государства и полиции.

 

 

2. Вопиющим невежеством является смешение клира и Церкви. Мы веруем в Нераздельную и Неслиянную Троицу, мы веруем во Едину, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь. Мы исповедуем нашу веру ежедневно, читая утреннее правило и участвуя в Божественной Литургии. Ни один человек, будучи в здравом уме, не станет утверждать, что он верует в «священноначалие», исповедует, что постоянные члены Священного Синода или наместник близлежащего монастыря благочестивее, умнее, безгрешнее или чем-либо лучше любой из бабулек, что приходят в храм села Карабаново по воскресным и праздничным дням. «Святейший», «Блаженнейший», «Высокопреосвященнейший» и проч. – не более чем византийская придворная риторика, этикет, плетение словес. Судья, к которому мы обращаемся «Ваша честь», сплошь и рядом – бесчестный жулик и прохиндей. Никого в России не удивляет «басманное правосудие». Почему нас должны удивлять такие же прохиндеи врачи, политтехнологи, полицейские, священники, епископы? Мы все из одного теста слеплены. Потенция одна, а реализация различная. За неё и дадим ответ Судии. Не «басманному».

 

Сто пятьдесят лет назад И.С. Аксаков писал в газете «День» (казалось бы, однодневка, но время определило: нет, классика, текст для внимательного чтения и перечитывания): 

 

«Вся беда в этом случае от того, во-первых, что у нас, в обществе, понятие о «святой, соборной и апостольской церкви» нередко отождествляется с понятием о временном церковном управлении, об её официальном представительстве, - приурочивается, так сказать, к личному, временному составу церковной иерархии.

 

Во-вторых, оттого, что общество, при всей искренности своей веры, до такой степени привыкло к безгласности и потемкам, что дневной свет правды невольно его раздражает, и свободы оно пугается. Вообще у нас в России, в деле церкви, как и во всём, ревниее всего охраняется благовидность, decorum, - и этим большею частью и удовлетворяется наша любовь к церкви, наша ленивая любовь, наша ленивая вера! Мы охотно жмурим глаза, и в своей детской боязни «скандала» стараемся завесить для своих собственных взоров и для взора мира – многое, многое зло, которое, под покровом внешнего «благолепия», «благоприличия», «благообразия», как рак, как ржавчина, точит и подъедает самый основной нерв нашего духовно-общественного организма. Конечно, преступен тот, кто ради личной потехи кощунственно издеваясь, выставляет миру напоказ срамоту матери; но едва ли менее преступны и те, которые, видя её срамоту, видя её страшные язвы, не только не снедаются ревностью об её чистоте, чести и излечении, но из ложного опасения нарушить благочестие, а в сущности, всего чаще, по лени и равнодушию, дают, почти заведомо, укорениться злу и недугам – мерзости запустения на месте святее».

 

Сто пятьдесят лет назад любовь к Церкви была ленивой и вера был ленивой. Что же говорить о нынешнем веке – времени пещерного невежества, едва речь заходит о христианстве и Церкви.

 

У нас в обществе понятие о Церкви смешивается с понятием о церковной иерархии. Отсюда очень многие наши беды.

 

 На задней обложке «Записок сельского священника» (РГГУ, 2005) пересказана такая незатейливая история:

 

«Рассказывают, лет пятьсот назад во Флоренции рядом жили католик и иудей. Каждый пытался склонить другого в «истинную веру». В конце концов, иудей готов был сдаться, но сначала решил, что поедет в Рим, чтобы самому увидеть папский престол.

 

Соседи встретились вновь через полгода. Иудей рассказал, что был в Риме, видел Папу, беседовал с кардиналами: «Кардиналы – это шайка разбойников, а Папа их предводитель. Поэтому я пошёл в храм и попросил окрестить меня. Я понял, что если даже таким людям не удалось разрушить Церковь, Она, безусловно, от Бога».

 

 

3. «Если кому-то нужны храмы, пусть сами их строят, восстанавливают и содержат». Заявление не вполне корректное и далеко не оригинальное.

 

Во-первых, государство и народ несут ответственность за свои семидесятилетние непотребства. Преступления извергов рода человеческого не должны иметь срока давности.

 

Во-вторых, следуя той же логике: я запрещаю тратить деньги из народного бюджета на санатории и дома отдыха – ни разу в жизни в них не лечился и не отдыхал, они мне не нужны. Запрещаю тратить деньги на дома культуры и клубы – никогда не ходил и не пойду, одни алкаши да матершинники там собираются. Библиотеки мне не нужны – домашней библиотеки вполне достаточно. Могу ещё две дюжины статей бюджета сократить, с моей колокольни глядя, они – лишние. Мне не нужны все спортивные соревнования профессионалов, в первую очередь – Олимпийские игры, пусть В.В. Путин из своего кармана их финансирует. Мне не нужны все космонавты, начиная с Белки и Стрелки и кончая всеми примкнувшими к ним Гагариными, Титовыми и кто там ещё сегодня летает. Мне совершенно без надобности… etc., etc. Но кроме моей Карабановской (или вашей, вашей и вашей) колокольни ещё бугорки, башенки и другие колокольни есть. Акромя моего околотка есть ещё и другие участки. Околоточный надзиратель – не последняя инстанция.

 

В-третьих, ограничусь только селом Карабаново Красносельского района. В 1992 году от храма оставалось три стены, северной не было, крыши не было, дверей и окон не было. Народ-богоносец всё разнёс по хлевам и овинам. Храм восстановили, ни у государства, ни у Патриархии ни копеечки не попросили. Да они бы и не дали ни копеечки.

 

В пяти километрах от нас деревня Ченцы, там детский дом. Наш приход сделал новую крышу, купил им новую машину (Лада-7), дарил продукты, одежду. Детский дом уникальный, восемь воспитанников уже получили высшее образование, ни один мальчишка не попал в тюрьму, ни одна девчонка не пошла в проститутки. Сравните со всероссийской статистикой, господа. Разумеется, это заслуга директора детдома, мы были только на подхвате, но были.

 

В шести километрах от Карабанова по другой дороге – Ивановское, усадьба Бирюковых. Павел Бирюков – известнейший биограф Л.Н. Толсого. Один генерал Бирюков – герой войны 1812 года, другой – крымской кампании 50-х годов. В барском доме – сельская больница. Воскресенский приход с. Карабаново полностью сменил в больнице крышу, сделал внутренний ремонт, купил машину скорой помощи. Только на новые окна было потрачено 260 тыс. руб.

 

Приход раздал в 90-е годы не менее 50 тонн продуктов, одежды, обуви. От государства и Патриархии, повторяю, ни копеечки. Церковь не была большой обузой для людей. Прейскуранта в храме нет. Любые требы – только добровольные пожертвования, сколько ты опустил в кружку, никто не знает, видеонаблюдение не ведётся.

 

Не очень важно, что настоятель владеет английским и несколько лет читал лекции в университетах «дальнего зарубежья». Настоятель другого храма – каменщик, плотник, столяр, иконописец – своими руками восстанавливал и исправлял то, что порушили, изгадили его соотечественники.

 

Если в каком-то храме записка «стоит» 50 или 75 рублей – сами виноваты. Патриарх неоднократно говорил на ежегодных собраниях духовенства Москвы, что храм – не супермаркет, никаких цен быть не должно. Такие настоятели-бизнесмены вредят православию намного больше, чем все «язычники» Невзоровы вместе взятые. Торговать благодатью категорически запрещено, симония – один из тягчайших грехов духовенства.

 

Все финансовый вопросы должен решать не настоятель, а ежегодное собрание прихода. «Начальника» прихода нет и быть не может.Постараемся понять, что наше Церковь по определению Соборная. Соборность – основа православия. Большинство наших трудностей и болезней оттого, что соборность пребывает в Московской Патриархии где-то на задворках, в полном пренебрежении и забвении.

 

В завершение – ещё кусочек классики из газеты И.С. Акскакова «День», 18 сентября 1865 года.

 

«Вообще, к прискорбию, нигде так не боятся правды, как в области нашего церковного управления, нигде младшие так не трусят старших, как в духовной иерархии, нигде так не в ходу «ложь во спасение», как там, где ложь должна бы быть в омерзении. Нигде, под предлогом змеиной мудрости, не допускается столько сделок и компромиссов, унижающих достоинство церкви, ослабляющих уважение к её авторитету. Всё это происходит, главным образом, от недостатка веры в силу истины, а главное от смешения понятий: церковного с государственным, Кесарева с Божьим».

 

 

 

P.S. Я писал заметку «Вдруг из подворотни – великан» не для того, чтобы полемизировать с единомышленниками А.Невзорова, или обличать «язычников». Долг каждого православного христианина, от «священноначалия» до лаика («прихожанина») – неукоснительно блюсти чистоту и доброе имя нашей общей Матери-Церкви.

 

Я надеялся (и надеюсь), что кто-то (и не один), кому не безразлично доброе имя Церкви, обратится с официальным прошением в Священный Синод и церковный суд, чтобы возможно скорее и однозначно решить вопрос о «голубом» епископе и об иподиаконах, которые ходят на эпиляцию в салон красоты. Доколе будем молчанием предавать Церковь?

 

Покорнейше прошу считать мою заметку одним из таких официальных прошений.

 

И ещё. В ЖЖ о.Андрея Кураева (http://diak-kuraev.livejournal.com/221390.html, пост «Парфюмер-2», комментарии) сказано, что заниматься каким-то очередным содомитом-голубчиком не следует, ибо это – чужая епархия. С приездом, господа! Дальше ехать некуда. Епархия чужая. А Церковь?!

Материал опубликован в ЖЖ:

http://g-edelstein.livejournal.com/4265.html


Назад к списку

Share |
Каталог православных сайтов