+ приход Воскресения Христова + село Карабаново - прот. Г. Эдельштейн: Просто докладная записка (1999)
Выделенная опечатка:
Сообщить Отмена
Закрыть
Наверх

прот. Г. Эдельштейн: Просто докладная записка (1999)

этот текст ЧЕРНЫМ ПО БЕЛОМУ

ПРЕДЕЛЫ ВЕКА №1(1)2ооо/ 7

 

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО

АРХИЕПИСКОПУ КОСТРОМСКОМУ И ГАЛИЧСКОМУ АЛЕКСАНДРУ

 

Нижеследующее письмо слегка запылилось (почему — увидите из текста) и могло запылиться совсем до состояния забвения древнеегипетских посланий какому-нибудь Тутанхамону. Но, к величайшему сожалению, совсем не запылились, а наоборот, очень свежи и актуальны проблемы, изложенные в письме. И именно поэтому мы его публикуем.

Архиепископ Костромской и Галический Александр, сообщает нам отец Георгий Эдельштейн, обратился с письмом к настоятелям своей епархии. В этом письме он сообщил, что намеченного на юбилейный 2000 год Поместного Собора не будет, а будет проведена сначала региональная, а потом и Всероссийская конференции. Он просил всех настоятелей сделать свои предложения: какие вопросы, какие проблемы сегодня стоят перед Русской Православной Церковью. Из письма следует, что наиболее существенные предложения будут обсуждаться на нашей региональной конференции, а самые существенные вопросы будут отосланы в Москву для обсуждения на Всероссийской конференции РПЦ. Архиепископ Александр просил каждого настоятеля дать ответ. И вот текст, который я направил нашему правящему архиерею 24 октября прошлого года.

 

В ответ на циркулярное письмо Вашего Высокопреосвященства от 24 сентября сего года за № 761 считаю своим долгом ответить и подтвердить то, что мне приходилось много раз говорить и писать за годы служения в священном сане.

 

1. Все наше общество тяжко болеет. Главную причину этой болезни я усматриваю не в экономических, политических, экологических и прочих внешних недугах, о которых денно и нощно твердят средства массовой информации, все светские и церковные мастера элоквенции. Главное — болезнь духа, смута и разруха в сердцах, душах и головах. Диагноз был безошибочно поставлен еще в середине прошлого века: "Не плоть, а дух растлился в наши дни". С тех пор растление стократно усилилось. Исцелить его может одна только Церковь, но Московская Патриархия сама по сей день остается островком брежневско-черненковской стагнации, без малейших признаков выздоровления. По сей день мы не покаялись ни в одной мерзости прошлых лет: ни в многолетнем тесном сотрудничестве с людоедским режимом, ни в лакейских панегириках извергу рода человеческого, ни в гнусных восхвалениях "миролюбивой внешней политики Советского Союза", без которых не обходилось ни одно Пасхальное или Рождественское послание, ни в лжесвидетельстве и клевете на весь сонм Новомучеников и Исповедников Российских. И чем далее, тем все менее и менее мы склонны к покаянию, тем безнадежнее коснеем мы во грехе.

 

2. Общеизвестно, что основой канонической жизни Церкви являются определения Соборов. Мы злонамеренно предали забвению все определения Всероссийского Поместного Собора 1917-18 гг., которые никто никогда не отменял и отменить не мог: меньший Собор, естественно, не может отменить или изменить определения Собора большего.

 

Если в предыдущие десятилетия мы прятались за хилое оправдание, что нас, де, "заставляют", "вынуждают" государственные чиновники, то сегодня мы не можем сваливать вину ни на какие внешние силы или обстоятельства. В нарушении постановлений Собора повинны только мы сами.

 

Выборы последних трех Патриархов проводились с нарушениями канонических правил. Священный Синод также формируется незаконно, о чем более тридцати лет назад писал архиепископ Ермоген (Голубев). Синод фактически превращен в церковный аналог Политбюро ЦК КПСС. Оригинал, к счастью, исчез, но аналог остался. Выздоровление Московской Патриархии может начаться только с возвращения к деяниям собора 1917-18 г.г. Остроумное возражение святейшего патриарха Алексия Второго, что это практически невозможно, так как "тот Собор проходил в совершенно иных исторических условиях», и решения его не выполнимы, еще в большей степени относится ко всем без исключения деяниям Семи Вселенских Соборов. к Апостольским правилам и правилам Свв. Отец.

 

3. «Церковные» документы советского периода, начиная с пресловутой Декларации 1927 г. "О радостях", являются, в лучшем случае, продуктом совместного творчества церковных коллаборационистов и чиновников государства воинствующих безбожников. Они интересны только для иллюстрации нравов эпохи, но не могут иметь никакой силы в Церкви.

 

4. Так называемый "Архиерейский Собор" 1961 г. принял два решения: незаконно устранил священника из жизни прихода и без всяких канонических оснований предал забвению деяния Всеправославного совещания 1948 года по проблемам экуменизма. Мне кажется, что вступление Московской Патриархии во Всемирный Совет Церквей явилось более вредоносным для судеб Православия, чем превращение пастыря в наемника.

 

К сожалению, Московская Патриархия по сей день остается членом этой политически ангажированной организации, много лет морально и материально поддерживавшей прокоммунистических бандитов, заговорщиков и террористов во всем мире.

 

Двадцать лет я говорю и пишу, что отношусь к любым экуменическим движениям и организациям в их современном виде крайне отрицательно: это просто "крыша" для антицерковных сил. Вместе с тем, я убежден, что Православная Российская Церковь должна быть открыта к честному диалогу с любыми христианскими конфессиями, хотя бы в той мере, насколько они открыты для диалога с нами.

 

5. Вопросы экономической жизни Церкви должны решатся на Соборах, а не в кулуарах Священного Синода и не на юбилейных конференциях. После 1918 г. у нас не было ни одного Поместного Собора. То, что именовалось "Соборами", было или самочинными сборищами живоцерковников-обновленцев, или, начиная с 1943 г., зеркальным отражением пустопорожних сессий Верховного Совета, где все всегда голосовали единогласно. Решения соборов редактировались и принимались задолго до того, как члены собора запевали "Днесь благодать Святаго Духа нас собора" и, как правило, во враждебных Церкви органах.

Когда нынешний Священный Синод решил не проводить Поместный Собор в юбилейном 2000 г., то лишний раз подтвердил, что он — вечно позавчерашний.

 

6. Даже вопрос об имени нашей Церкви был решен за кулисами, в каких-то внецерковных ведомствах. И в Своде Законов Российской Империи, и в документах собора 1917-18 гг., и в Соловецком послании она именуется Православной Российской Церковью. И выбор этих слов, и их порядок более точно указывают на ее сущность и место в нашем многонациональном государстве. Татарин, украинец, еврей, чуваш, якут выходят из Святой купели теми же украинцами и якутами, не превращаясь в русских. Название, употребляемое ныне, - «Русская Православная Церковь», — лишь провоцирует по сути антихристианскую деятельность как русских ультранационалистов, так и тех, кто в ближнем зарубежье борется против "церкви москалей".

 

7. Давно пора ясно сказать, что Московский Патриахат — лишь одна из частей Православной Российской Церкви. Необходимо начать честный диалог со староверами, с Зарубежной Церковью, с другими частями, имеющими законную иерархию, разумеется, не с самосвятами и еретиками.

 

Ни одна часть нашей Церкви не отвергает de jure деяния собора 1917-18 гг., не отвергает документы Святейшего Патриарха Тихона и Обращение соловецких епископов-исповедников. На основании этих документов и должен начинаться диалог.

Восстановить утраченное единство, исцелить существующий раскол можно только братской любовью, молитвой и покаянием. До сего дня мне не приходилось слышать ни одного покаянного слова ни в Москве, ни в Монреале, ни в Париже, ни в Нью-Йорке. Зато

злоба, нередко хлещет через край.

 

Краеугольный камень Московской патриархии — сергианство, т.е. выпестованное гепеушниками красно-поповское обновленчество, скрывающееся под маской благообразного древлеправославного благочестия. Обличая сущность обновленчества, соловецкие епископы-исповедники не сказали ни слова о богослужебном языке, григорианском календаре, или даже женатом епископате и прочих «новшествах» «живцов», но они сказали о главном, о сущности обновленчества, о его корнях. Сущность обновленчества — ложь, попытки примирить "да" и "нет", свет и тьму, Христа и антихриста, христианство и коммунизм.

 

"Православная церковь не может по примеру обновленцев засвидетельствовать, что религия в пределах СССР не подвергается никаким стеснениям и что нет другой страны, в которой она бы пользовалась бы столь полной свободой. Она не скажет в слух всего мира этой позорной лжи, которая может быть внушена только или лицемерием, или сервилизмом, или полным равнодушием к судьбам религии, заслуживающим безграничного осуждения в ее служителях''.

 

И сам митрополит Сергий, и другие сергианцы десятки и сотни раз, не краснея, устно и письменно возвещали эту позорную краснопоповскую ложь всему миру. По какому праву люди, повинные в позорной лжи, лицемерии, сервилизме и полном равнодушии к судьбам религии и Церкви, заседают сегодня в Священном Синоде? Кто из них, например, осудил полиграфически роскошную и насквозь лживую книгу "Правда о религии в России", изданную митрополитом Сергием и митрополитом Николаем.

 

Сергианство служит главной (если не единственной) причиной нашего разделения с зарубежными братьями. Сергианцы нимало не стыдятся своей лжи, своего многолетнего постыдного «братского» сотрудничества с извергами рода человеческого, но даже гордятся ими. Сергианцы веруют и исповедуют, что они спасли Церковь своею ложью и компромиссами с коммунистическими людоедами.

 

9. Доктрина сергианства заставляла нас из года в год все теснее сотрудничать с агентами коммунистической агитации и пропаганды. Мы приняли без малейшего сопротивления коммунистический новояз, не стыдились именоваться Ленинградскими митрополитами, Молотовскими, Свердловскими, Кировскими, Калининскими епископами, учились в Ленинградских духовных школах. Константинопольский Патриарх за пятьсот лет не превратился в Стамбульского. Такие имена — большевистский плевок в лицо Православию.

 

Сергианство заставляло нас становиться сексотами или, по удачному выражению моего любимого мыслителя И.А. Ильина, "чекистами в рясах". Я не отказываюсь ни от одного слова того интервью, что дал еженедельнику "Аргументы и факты" в августе 1991 г., и за которое мои собратья дружно поливали меня грязью и мазали дегтем без малого три часа. Жаль только, что я был так наивен восемь лет назад, верил, что хоть кто-нибудь из рясофорных чекистов покается, бросит хозяевам деньги, чины и ордена, полученные за деятельность, несовместимую со священным саном.

 

Когда большевики захватили власть, они мечтали сделать нас своими рабами. Главными орудиями убеждения были массовые казни, концлагерь и лесоповал. Сергианцев первого поколения можно понять: нельзя требовать от людей повального героизма и мученичества. В последние десятилетия, после смерти Сталина, нам не грозили ни маузер, ни Соловки. Мы продались за чечевичную похлебку, за продвижение по служебной лестнице, за сверкающие черным лаком лимузины, икру и семгу на банкетах, загранкомандировки. Мы добровольно пошли к ним, извергам, в услужение, стали колесиками и винтиками в дьявольской машине коммунистического государства.

 

10. Более ста лет назад Ф.М.Достоевский писал, что католичество покоится на трех китах, на трех искушениях, отвергнутых Христом в пустыне, это — чудо, тайна и авторитет. Сегодня эти три искушения - фундамент Московской Патриархии.

 

Например, почти восемь лет назад архиепископ Хризостом (в 1979 г. он рукоположил меня и в дьякона, и во иерея) во всеуслышание заявил: "У нас в Церкви есть настоящие кагебешники, сделавшие головокружительную карьеру, например Воронежский митрополит Мефодий. Он офицер КГБ, атеист, человек порочный, навязанный кагебешниками". Яснее не скажешь. Если эти слова – правда, Мефодий не может быть савященнослужителем. Если он, сняв рясу и крест, останется атеистом, офицером КГБ и порочным человеком, думаю, никто его не упрекнет: чекист как чекист, ничем не лучше и не хуже прочих. Если эти слова архиепископа Хризостома — клевета, сам клеветник должен быть строго наказан. Но кто станет выяснять правду о Мефодии, кто заинтересован в разоблачении одного кагебешника, когда гласности были преданы документы, что почти все высшие иерархи Московской Патриархии были сексотами с многолетним стажем. Тут и «Дроздов», и «Адамант», и «Островский», и «Антонов», и «Михайлов». За что же бедного «Павла» разоблчать?

 

11. Тайно, за какие-то неведомые миру заслуги, кого-то из священнослужителей возносят, кого-то низвергают, награждают, перемещают. Дух строжайшей секретности окутывает всю жизнь Московской Патриархии, начиная со Священного синода. Все тот же Мефодий взлетал стремительно, словно ракета: епископ - архиепископ - митрополит, всё за считанные годы. Стал председателем Хозяйственного управления, чуть ли не десять лет распоряжался всеми деньгами Патриархии. Но ведь все решения о его продвижении принимал Священный Синод. Кто и как заставлял членов Синода? Ни слова об этом сказано не было, и, боюсь, никогда не будет.

 

Столь же стремительно взлетали по иерархической и административной лестнице митрополит Никодим (Ротов), архиепископ Алексий (Кутепов) и другие иерархи, нет нужды перечислять их имена, они общеизвестны. Менее известны их заслуги. Архиепископ Ермоген писал об одном таком шустрике, что он стал митрополитом Киевским и Галицким, постоянным членом Священного Синода, за то, что во время хрущевского шабаша закрыл более сотни храмов сначала в одной, потом в другой епархии. А сам Ермоген не позволил закрыть в своей епархии ни одного храма, поэтому Священный Синод обманом лишил его кафедры и отправил исповедника "на покой".

 

Все на той же Киевской кафедре много лет подвизался другой злохудожник — Михаил Антонович Денисенко, ныне дерзающий именовать себя патриархом Филаретом. Его зазорнейший образ жизни не был секретом ни для кого, именно по этому, видимо, члены Священного Синода избрали его в мае 1990 г. Местоблюстителем Патриаршего престола. Этот коммунистический прихвостень председательствовал на Соборе 1990 г. Он был одним из претендентов на кафедру Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси. И ни один член того собора не посмел встать и заявить, что такой человек не может быть ни местоблюстителем, ни священнослужителем, ни монахом. Не посмел просто потому, что все члены Собора были воспитаны в духе сергианских добродетелей, привыкли всегда и во всем лгать для пользы общего дела: ведь молчание — одна из самых распространенных форм лжи и предательства. "Молчанием предается Бог".

 

12. Давно пора если не полностью отменить, то хоть в несколько раз сократить ни с чем не сообразное число церковных наград, они украшают только блюдолизов да подхалимов. Беленький крестик, желтенький крестик, крест с украшениями, два креста, три креста. Хватит делать посмешище из величайшей святыни христианства. Крест нельзя украсить ничем, он должен быть простым, сообразной формы и размера. И непременно только один, на втором был распят не Христос, а разбойник, хотя, возможно, благоразумный.

 

Кавалерами церковных орденов ни в коем случае не могут быть ни фашисты, ни коммунисты, ни коммунистические прихвостни. К сожалению, и в нашей епархии встречались более чем странные случаи награждения.

 

Так же и священнослужители не могут быть кавалерами ордена Красного Знамени или любых иных орденов и медалей, имеющих националсоциалистическую, коммунистическую или сатанинскую символику. Если такие награды были получены до принятия сана, ставленник должен публично отказаться от них.

 

К сожалению, даже наши Патриархи не гнушались прикалывать к рясе Красное Знамя и другие символы воинствующих безбожников. Красные Знамена Патриархов выставлены напоказ в археологическом кабинете Московской Духовной Академии.

 

13. Сегодня мы столь же далеки от прославления сонма Новомученников и Исповедйиков Российских, как и тридцать лет назад. И причиной тому, все то же сергианство: мы не покаялись перед ними за многолетнее лжесвидетельство и клевету на них, за гнусное издевательство над их семьями.

 

Митрополит Кирилл (Смирнов) наотрез отказывался литургисать с митрополитом Сергием или любым иным единомышленным с Сергием архиереем, отказывался причащаться с ними из одной Чаши. Мы не можем сегодня схватить за шиворот Новомученика Кирилла и поставить его у Святого Престола рядом с митрополитом Сергием, с нашими архиереями-сергианцами. Считаю своим долгом засвидетельствовать, что я полностью разделяю точку зрения митрополита Кирилла на сергианство.

 

По сей день ни один священнослужитель Московской Патриархии не имеет права даже помолиться об упокоении Новомученика митрополита Иосифа (Петровых), епископа Димитрия (Любимого), епископа Алексия (Буй), священника Анатолия Жураковского, ибо сергианский Синод приравнял их к обновленцам: "Умерших в обновленчестве и в указанных расколах не следует, хотя бы и по усиленной просьбе родственников, отпевать, как и не следует совершать по ним и заупокойную литургию. Разрешать только проводы на кладбище с пением "Святый Боже". Вместе с митрополитом Сергием это постановление подписали архиепископ Хутынский Алексий (Симанский), будущий Патриарх, и архиепископ Костромской Севастиан (Вести). Отпевать Сталина, Брежнева, Черненко можно. Говорят, что какие-то наши собратья дерзнули отпеть Владимира Ленина (Ульянова), а кто-то собирается "хоронить Ленина по христианскому обряду" и поминать его на панихиде. Хорошо бы, думаю, заодно помолиться об удавленнике Иуде Искариотском и отслужить панихиду о «болярине Каине». Отпеть наконец отлученного от церкви графа Льва Толстого и всех прочих, кто был предан анафеме, кого закопали у стен московского кремля в ХХ веке. Только Новомучеников отпевать нельзя. Бирку на ногу и в ров, с пением "Святый Боже".

 

14. Мне кажется, что от нашей Синодальной комиссии по канонизации во всех ее деяниях дурно пахнет политической кухней. Убежден, что вопрос о причислении среди святых исповедников митрополита Арсения (Мациевича), архиепископа Ермогена, нашего земляка мирянина Бориса Талантова не менее актуален, чем вопрос о канонизации князя Дмитрия Донского или блаженной Матронушки. Он замалчивается лишь потому, что самые активные гонители и хулители архиепископа Ермогена и Бориса Талантова по сей день - постоянные члены Священного Синода Московской патриархии.

 

В чисто политическом аспекте рассматривается и вопрос о канонизации последнего царя. Никто почему то не говорит о канонизации царя-освободителя Александра Второго, хотя он не отрекался от престола, систематически проводил на благо России либеральные реформы во всех областях жизни, не испытывал поражений в войнах, не повинен ни в Ходынке, ни в "кровавом воскресении", у его трона не грелись подонки вроде Григория Распутина, о перспективах канонизации которого, впрочем, тоже рассуждают уже не только миряне, но и архипастыри наши. Жаль, что убийцы императора Александра — Желябов, Перовская, Кибальчич, Рысаков; тут никак не состряпать миф о ритуальном жидо-массонском заговоре. Есть там, правда, бомбометатель поляк Гриневицкий, но он ведь просто пешка, технический исполнитель.

 

И еще одно недоумение, хорошо бы его на юбилейной конференции разрешить. Несколько лет во всех православных храмах России в один и тот же воскресный день января поют очень-очень странный тропарь: "Днесь радостно ликует Церковь Русская, яко мати чада, прославляющи Новомученики и Исповедники Своя: святители и иереи, царственные страстотерпцы, благоверные князи и княгини". Никак не могу взять в толк что он означает, кто такие «царственные страстотерпцы», кто такие «великие князи и княгини», ведь прославлена пока одна только великая княгиня Елисавета. Опять закулисные махинации, синодальные заморочки, тайная политическая стряпня. Иконы Николая Второго продаются в десятках храмов, переиздание зарубежных книг о Царе-мученике в церковных лавках, тропарь ежегодно по всей Руси непременно поем, в требниках Московской патриархии есть специальное последование в день убиения царской семьи, а канонизации не было. Последования в день убиения Александра Второго нет. Говорят, и Павел Первый умер не своей смертью, тоже убили. Может , выделить какой-то день в году, хоть день памяти Бориса и Глеба, и поминать всех убиенных князей и царей, великих князей и княгинь.

15. Много лет смешит и дивит меня пустопорожний спор между нашими православными "либералами" и "консерваторами". Собираются конференции, симпозиумы, публикуются сотни статей, выходят книги за и против священников Георгия Кочеткова и Александра Борисова. Эти принципиальные разногласия напоминают мне непримиримую войну Лилипутии с государством Блефуску, спор остро- и тупоконечников. Священники Кочетков и Борисов такие же сергианцы, как и "консервативные" оппоненты. Прочитал почти все, что вышло из-под их пера, много раз слушал их, но не помню ни одного случая, когда они дерзнули бы сказать правду в глаза высокому начальству.

 

Новшества о.о. Кочеткова и Борисова кажутся мне безвкусными, порой даже вредными. Но еще вреднее и соблазнительнее козни против о. Георгия Кочеткова, с помощью которых его убрали с прихода и не дают служить по сей день. И тут только закулисные махинации, ложь, интриги. Если экклезиология о. Георния Косеткова в чем-то ошибочна, Синодальная коммиссия обязана осудить ее и предостеречь всех нас, пастырей и пасомых, от «открытого христианства», от новшеств митрополита Никодима (Ротова).

 

Я твердо убежден что в Церкви никогда не было и не может быть деления на либералов и консерваторов, это лишь проекция политических шашней на церковную жизнь. Апостол Петр не был консерватором, апостол Павел не был либералом. В церкви есть деление на тех, кто верует и исповедует, что Христос даровал нам абсолютную свободу, и тех, кто поставляет мелочную регламентацию каждого шага христианина выше всего на свете, выше любви, выше надежды, выше веры, выше дел милосердия. Ни Петр, ни Павел, ни Иоанн Богослов не отцеживали комара и не поглощали верблюда. Если воспользоваться терминологией Владимира Лосского, экклезиологические монофизиты и экклезиологические несториане в равной мере удалены от православного учения о свободе.

 

16. Совершенно недопустима практика постоянного перемещения чем-то провинившихся священнослужителей с прихода на приход. Например, дьякон Сергий Шевченко (год рождения — 1975, ему 25 лет) чуть более года прослужил в Нерехте, откуда был уволен по просьбе настоятеля. Назначен в Буй, прослужил четыре месяца, уволен по просьбе настоятеля. Назначен против воли настоятеля к нам в Воскресенскую церковь с. Карабаново, где служит по сей день. Полагаю, это единственный случай в нашей епархии, когда на бедном сельском приходе одновременно служат священник и дьякон.

 

Естественно, правящий архиерей волен выслушать настоятеля, но поступить так, как он сам считает правильным. Мы с радостью приняли о. Сергия, стараемся в меру наших возможностей обустроить его жизнь на нашем приходе, послали его в Ирландию, где он обучался 4 месяца в семинарии, постараемся дать ему возможность продолжить его духовное образование. Но должен со всей ответственностью за свои слова сказать, что ничего более вредного молодому клирику, выпускнику нашего духовного училища, сделать было нельзя.

Не мое дело судить настоятеля в Нерехте или в Буе, я никогда подробно не беседовал с о. Сергием о причинах удаления из первого или второго прихода, как, в прочем, и его удаления из кафедрального собора г. Иваново, знаю лишь в общих чертах. Но я убежден, что, если какой либо клирик, священник Г. Кочетков или диакон С. Шевченко, в чем то провинился будь то в Москве, Иванове, Нерехте, Буе или Карабанове, он должен быть подвергнут церковному суду. Основы церковного судопроизводства общеизвестны. Ему должно быть предъявлено письменное обвинение с перечислением по пунктам всех его преступлений и право письменно представить объяснение по всем пунктам. Второй раз предъявить обвинение с учетом его объяснения и опять право оправдания или раскаяния в содеянном. Если суд признаёт его виновным и заслуживающим наказания, на него должна быть, по рассуждению правящего архиерея, наложена епитимия. Какое-то время он может выполнять послушание на клиросе, быть сторожем, истопником, дворником, но непременно на том же приходе. Это будет не менее полезно и настоятелю, который не смеет ни на секунду забывать, что в недалеком будущем вновь скажет собрату своему: "Христос посреде нас» — «И есть, и будет". В определении суда и в указе архиерея непременно должно быть перечислено, какие церковные каноны клирик нарушил и на какой срок налагается епитимия. К сожалению, ныне действующая практика в подобных случаях прямо противоположна церковным канонам.

 

17. Безусловно, скромность украшает любого человека. К сожалению, я не знаю сегодня более чванливых людей, чем наместники наших монастырей или архиереи Московской Патриархии.

 

Из года в год множится число печатных изображений наших архиереев. Зайдите едва ли не в любое епархиальное управление — сколько портретов правящего архиерея вы там найдете? Мне никогда не приходилось видеть такого числа торжественных изображений какого-то секретаря обкома или председателя облисполкома. Мне никогда не приходилось слышать, чтобы кто-то из них с такой помпой и парадом праздновал десятилетний юбилей своего пребывания в должности. Этот культ личности тем более прискорбен для монаха, который не может не помнить жития святых Иоанна Златоуста, Сергия Радонежского, Нила Сорского и тысяч других подвижников благочестия. Тем паче в годину, когда две трети наших сограждан живут за чертой бедности. Что может оттолкнуть людей от церкви дальше и грубее, чем сознание, что православный архиерей по образу жизни — просто "новый русский".

Как-то в беседе несколько лет назад я спросил у Дмитрия Сергеевича Лихачева, приходилось ли ему бывать на приемах в Московской Патриархии. "Был один раз, ничего более омерзительного вспомнить не могу", — публично ответил он. Человеком очень деликатный, резкие отрицательные характеристики в его устах — редкость. Мой вопрос и его ответ записаны на пленку, она хранится у о. Виктора Потапова.

 

18. Мне по сей день непонятно, почему среди всех священнослужителей Костромской епархии не нашлось ни одного, кто был бы достоин занять должность секретаря епархиального управления. Пребывание на этой должности светского молодого человека, не имеющего духовного опыта, никогда не служившего на приходе, кажется мне крайне соблазнительным — потому лишь, что считаю подобную субординацию неестественной. На епархиальном собрании два года назад я задал Вам этот вопрос, но ответа так и не получил до сих пор.

 

19. Мне кажется, что ни коммунистов, ни людей, открыто сотрудничающих с ними, нельзя приглашать на епархиальные собрания, какие бы должности эти люди ни занимали.

 

Сейчас очень модна теория, что «мы все в одной лодке». Нет, мы не только никогда не усаживались в коммунистическую лодку, мы ни дня не жили в одном городе, в одном государстве. У нас разные герои. Разные праздники, разная архитектура, литература, поэзия. Разная философия, разные законы, разные гимны. Они живут в СССР, Калининграде, Сталинграде, Загорске, а мы – в России, Санкт-Петербурге, в Царицине, в Сергиевом Посаде.

 

Я отдаю себе отчет, что сотрудничество епархиального управления с прокоммунистической администрацией Костромской области приносит управлению значительные материальные выгоды, но допускать коммунистов на наши собрания всё же нельзя, как нельзя допускать на них, к примеру, и уголовных авторитетов или каннибалов.

 

20. Насколько мне известно, никто пока не отменял почетную обязанность каждого священнослужителя появляться в общественных местах только в духовном платье. К большому сожалению, мы дерзаем сегодня ходить в цивильной одежде, например, в джинсовом костюме и в светлых кедах даже в епархиальном управлении. Мне совершенно непонятно, почему священник или дьякон легко позволяют себе то, что никогда не позволит правящий архиерей. В прошлые годы мы могли обманывать себя и других, что нам, де, запрещают носить рясу и крест. Но вот уже десять лет мы лишены этой лукавой отговорки, а носит рясу стыдимся и не умеем.

 

Хочу еще раз подчеркнуть, что в данной записке нет ничего нового, о чем бы я не говорил и не писал прежде. Я не считаю свои мысли оригинальными, в значительной части это просо посильный школярский пересказ или приложение к нынешним обстоятельствам деяний Собора 1917-18 гг., идей Соловецких и многих единомысленных с ними мучеников и исповедников, а также наших современников архиепископа Ермогена, священника Николая Эшлимана, протоиерея Андрея Сергеенко, духовным чадом которых я имел счастье быть много лет. У меня нет никаких оснований скрывать свои взгляды или стремиться обсуждать их с кем-либо келейно.

Буду благодарен Вашему Высокопреосвященству, если мне будет предоставлена возможность изложить какую-то часть этой записки на региональной конференции, о которой Вы сообщаете. Это могут быть любые пункты по усмотрению Вашего Высокопреосвященства.

 

Настоятель Воскресенской церкви с. Карабаново

священник Георгий Эдельштейн.

 

Р.S. Когда эта записка уже была написана, я получил октябрьский номер журнала “Glaube in der 2 Welt”, издающегося в Цюрихе. Меня поразило, что многолетние друзья, неизменно морально и материально помогавшие Московской Патриархии, по-моему, не в меру расхваливавшие наши «достижения» в последние десять лет, посвятили половину выпуска описанию болезней Московской Патриархии, ее всепроникающей коррумпированности.

 

За эти годы мне несколько раз приходилось говорить и писать, что «Glaube» слишком лоялен к Патриархии; и если даже этот журнал публикует такие материалы, значит порочность руководства Патриархии превзошла всякие границы.

 

Надежда может быть только на собор.

 

священник Георгий ЭДЕЛЬШТЕЙН

 

КОММЕНТИРОВАТЬ В ЖИВОМ ЖУРНАЛЕ

Лицензия Creative Commons
Это произведение, автор которого — священник Георгий Эдельштейн, доступно на условиях лицензии Creative Commons Атрибуция — Без производных произведений
(Attribution-NoDerivs) 3.0 Unported
.
Основано на произведении с karabanovo.prihod.ru.
Разрешения, выходящие за рамки данной лицензии, могут быть доступны на странице karabanovo.prihod.ru.

послание бывшего управляющего Костромской епархией

Митрополит Александр - поздравление с пасхойсекретарь Казахтанской митрополии - с Пасхой


Назад к списку

Share |
Каталог православных сайтов